Глава 1. Комплекс: конкретный фактор в психологии семьи

Перевод полностью обновлен 21.01.22

Человеческая семья должна быть осмыслена в пределах весьма особого устроения реальности, учрежденной социальными отношениями. Если для установления этого принципа мы прибегли к выводам социологии, хотя совокупность фактов, которые она иллюстрирует, выходит за рамки нашего предмета, то это потому, что рассматриваемый порядок реальности является подлинным объектом этой науки. Таким образом, принцип помещается на плоскость, где он получает полноту объективности. Таким образом, это позволит судить о текущих результатах психологических исследований в соответствии с их истинным значением. Несмотря на то, что оно фактически порывает с академическими абстракциями и стремится либо через наблюдение за поведением, либо через опыт психоанализа объяснить конкретное, это исследование, особенно когда оно проводится на фактах «семьи как объекта и психического условия» никогда не объективирует инстинкты, но всегда комплексы.

Это обнаружение не просто случайный этап, который может быть в дальнейшем опущен, при дальнейшем развитии нашей теории. Мы должны признать в нем, выраженную в психологических терминах, которые тем не менее совместимы с принципом, изложенным вначале, существенную особенность нашего объекта исследования, а именно, его обусловливание культурными факторами за счет природных.

Общее определение комплекса. Комплекс связывает в фиксированной форме совокупность реакций, которые могут включать все органические функции, от эмоций до поведения приспособления к объекту. Что определяет комплекс — это то, что он воспроизводит достоверную реальность окружающей обстановки и делает он это двойным способом:
1) Его форма отражает эту реальность в том смысле, что она имеет объективное отличие на данной ступени психического развития; эта стадия определяет его происхождение;
2) Его деятельность повторяет в переживаемом опыте реальность, зафиксированную таким образом, каждый раз, когда возникают определенные переживания, требующие высшей объективации этой реальности; этот опыт определяет упаковку комплекса.

Уже одно это определение предполагает, что в комплексе преобладают культурные факторы: в его содержании, представляющего объекта; в его форме, связанной с пережитой стадией объективации; и наконец, в его демонстрации нехватки объекта при текущей ситуации, иными словами, согласно тройному аспекту отношений знания, формы эмоциональной организации и испытания шоком реальности комплекс понимается через свою связь с объектом. Однако любая объективная идентификация должна быть передаваема, то есть основываться на культурном критерии; Что касается индивидуальной интеграции форм объективации, то это работа диалектического процесса, в результате которого каждая новая форма возникает из конфликтов предыдущей с реальностью. В этом процессе необходимо признать характер, определяющий человеческий порядок, а именно ниспровержение всякой инстинктивной неподвижности, из которого возникают фундаментальные формы культуры, с бесконечными вариациями.

Комплекс и инстинкт. — Если за комплекс в его полном проявлении отвечает культура и если это является существенным фактором для любого, кто хочет объяснить психические факты человеческой семьи, это не означает, что не существует никакой связи между комплексом и инстинктом. Но, что любопытно, из-за неясностей, которые оставляют концепцию инстинкта на обсуждение современной биологии, понятие комплекса, тем не менее, только недавно введённое, оказывается, лучше приспособлено к более сложным объектам. Вот почему, отвергая ту опору, которую, по мнению изобретателя комплекса, нам необходимо искать в классическом понятии инстинкта, мы верим, что путем теоретического разворота, именно инстинкт может быть в настоящее время освещен посредством его отсылки к комплексу.

Таким образом, мы могли бы сравнить по пунктам: 1) связь со знанием, которую подразумевает комплекс, по сравнению со всей естественностью организма в окружающей среде, в которой подвешены загадки инстинкта; 2) общая типичность комплекса связана с законами социальной группы, обезличенная типичность инстинкта связана с непластичностью биологического вида; 3) изменчивость проявлений комплекса, который в эквивалентных формах торможения, компенсации, непризнания, рационализации выражает слабость перед одним и тем же объектом, по сравнению со стереотипностью явлений инстинкта, активация которых, подчиняясь закону «все или ничего», остается ригидной к вариациям жизненной ситуации. Этот застой в комплексе так же, как и эта ригидность в инстинкте, — останутся полностью загадочными, до тех пор пока их будут объяснять только в терминах аксиомы жизненного приспособления, которая является фактически механистической маскировкой для доктрины конечности; их проблема требует использования более богатых понятий, навязанных изучением психической жизни.

Фрейдовский комплекс и образ: Мы определили комплекс в очень широком смысле, который не исключает того, что субъект обладает сознанием, что он из себя представляет. Но это похоже на фактор преимущественно бессознательный, впервые определенный Фрейдом. Его единство действительно поразительно в этой форме, где оно обнаруживает себя как причина психических действий, не управляемых сознанием, ошибочных действий, сновидений, симптомов. Эти эффекты обладают настолько отчетливыми и случайными характеристиками, что заставляют нас признать в качестве основного элемента комплекса это парадоксальное бытие: бессознательное представление, обозначаемое именем образа. Комплексы и образ произвели революцию в психологии и особенно в психологии семьи, которая оказалась избранным местом наиболее устойчивых и наиболее типичных комплексов: из простого предмета морализаторских разглагольствований семья стала объектом конкретного анализа.

Однако было показано, что комплексы играют роль «организаторов» в психическом развитии; они, таким образом, властвуют над теми явлениями, которые в сознании кажутся лучше всего интегрированными в личность; таким образом, в бессознательном побуждаются не только страстные обоснования (оправдания, прим. пер), но и объективируемые рационализации. Значение семьи, как объекта и психического явления при этом было преувеличено.

Этот теоретический прогресс побудил нас дать комплексу общую формулу, позволяющую включить в него сходные по структуре сознательные явления. Такие как чувства, которые могут быть увидены как сознательные эмоциональные комплексы, особенно семейные чувства, часто являющиеся обратным отображением бессознательных комплексов. И такие как бредовые убеждения, где субъект утверждает комплекс в качестве объективной реальности; что мы продемонстрируем, в частности, при семейных психозах. Мы изучим комплексы, образы, чувства и убеждения в их связи с семьей и с психическим развитием, которое они организовывают, начиная от ребенка, воспитываемого в семье, и заканчивая взрослым, который его воссоздает.

Попытка интерпретации работы «Семейные комплексы в формировании индивида»